Контакты
Адрес:

603011, г. Н. Новгород , Июльских дней ул., 20

Телефон: (831) 245-10-03 (831) 253-65-19

Время работы: пн-вс 10:00-19:00
Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  
Свежие комментарии

    Соболек. Продолжение

    Ваш покорный слуга. «Когда Орто вышел на улицу, Кэскил указал ему на дверь. Орто повернулся медленно, он как будто знал, что он там увидит».«Когда я был маленьким мальчиком, мои родители погибли, переплавляясь через могучий Алдан. Меня взял на воспитание мой дед, известный шаман Кюстэх Огус. Он был не только шаманом, но и хорошим охотником. Первое чему он меня научил – это всегда помнить, что у леса есть хозяин, Байанай Лесной господин. Перед каждой охотой дед приносил ему жертвы, и даже в самый непромысловый год Байанай не оставлял моего деда без добычи.

    Когда мне исполнилось двенадцать лет, дед взял меня на особую охоту. В тот памятный день мы прошагали почти весь день, и концом нашего путешествия стало Одинокое озеро. Там мы с дедом расположились, чтобы переночевать.

    Вечером у костра он рассказывал мне разные истории о наших предках, о злых духах и божественных Айыы, зверях и их повадках, людях и их характерах. Когда тьма сгустилась вокруг костра, и мы услышали крик ушастой совы, дед сказал, что пришла пора мне увидеть того, кто дарует ему удачу и меткость в охоте. С этими словами дед отошел от костра, недалеко стояла огромная лиственница, дед скрылся в ее тени, затем вышел с другой стороны дерева, уже облаченный в шаманский костюм. Яркая луна заливала костер и прилегавшую поляну. Дед возвел глаза к луне и, запрокинув голову назад, стал камлать: ударяя в бубен, он притоптывал одной ногой и монотонно пел что-то непонятное. Через какое-то время он стал ускорять пение и вскоре стал кружиться под пение. Пение деда все убыстрялось, убыстрялось, а вместе с ним и его кружение на одном месте. Не знаю, как долго пел и кружился мой дед, но скоро мое внимание привлекло шуршание и мелькание чьих-то теней на опушке леса. Там, где свет костра переходил во мрак, скользили тени лисиц и волков, лосей и косуль, зайцев и белок, медведей и росомах. Внезапно раздался шум и треск, сквозь лесную чащобу продирался кто-то очень большой. Тени животных тут же растаяли в ночной чаще, а из лесу на поляну вышел огромный медведь. Он встал на задние лапы и направился к костру; едва я успел моргнуть, как медведь куда-то пропал, а по поляне шел седой как лунь старик. Одет он был как охотник. Но из оружия при нем был только охотничий нож, на ремне с серебряными прядками. На голове его была меховая шапка дьабака с тремя собольими хвостами на вершине. Мой дед пал на колени перед появившимся стариком. Старик остановился перед дедом и сел на низкий стул, который неведомо откуда материализовался под седалищем странного старика. В руке у него так же невесть откуда появилась махалка, дэйбиир, которой он помахивал в такт словам моего дедушки.

    Словно почувствовав, что я за ними наблюдаю, два старика прервались, и мой дед махнул мне рукой, подзывая к себе. Я незамедлительно подошел. Вблизи я почувствовал сильный мускусный животный запах, он исходил от этого странного деда. Я поднял голову и встретился глазами со стариком, на мгновение мне почудилось, что я смотрю в глаза дикому животному, но тут же глаза приобрели человеческий взгляд. Через мгновение старик открыл рот и заговорил со мной. Голос у него был хриплый, как у человека, который редко им пользуется. Он говорил мало, больше слушал. Затем он встал, и никакого табурет за ним не было, но я уже ничему не удивлялся.

    Еще через мгновение перед нами стоял огромный медведь, он стоял на задних лапах и казался от этого больше, чем он есть на самом деле. Медведь раскрыл пасть, но вместо звериного рева, оттуда раздался человеческий голос, который произнес:

    — Ты много и славно послужил мне, Кюстэх Огус, ты никогда не просил меня ни о чем, и поэтому я исполню твою просьбу, но твой внук должен чтить наш уговор и исполнять его, пока Проводящие сквозь тьму не призовут его.

    Когда эхо последних слов медведя растворилось в воздухе, я оказался у костра, где мы начинали свой вечер: дед сидел напротив меня, раскуривая свою трубку, а костер уже давно погас, и уже рассвет тянул свои длинные руки, снимая с неба покрывало ночи. Сперва я решил, что задремал, и мне все это приснилось, но дедушка выбил трубку и сказал мне, что отныне охота моя будет удачной, но я должен запомнить и всегда помнить о двух вещах.

    — Первое – это молчание, ты никому не должен рассказывать о том, что сегодня произошло, второе – лучшие шкурки добытых зверей ты должен оставлять в дар Лесному господину, и если ты нарушишь эти условия, то пеняй на себя, Лесной господин не только щедр и милостив, но и мстителен и жесток.

    Последние слова мой дед произнес едва ли не шепотом.

    Много лет, я выполнял условие нашей сделки с Лесным господином и он никогда не обижал меня.

    Закончив свой рассказ, Орто закрыл лицо руками и сидел раскачиваясь. В доме царила гробовая тишина. И когда эту тишину нарушили два громких удара в дверь чем-то большим, все вздрогнули, а одна из женщин закричала. Никто не осмеливался подойти к двери. Вдруг снаружи раздался женский крик, за ним еще один, затем дверь открылась, и в дом заглянул Кэскил, один из тех, кто помогал в поисках Мэчила. Он был бледен как полотно и только дрожащей рукой подозвал хозяина дома, приглашая его выйти на улицу. Когда Орто вышел на улицу, Кэскил указал ему на дверь, Орто повернулся медленно, он как будто знал, что он там увидит. Когда Орто зашел в дом, все женщины, которые успели прийти в себя, зашушукались, волосы его стали белые как снег. Орто молча собрал свои охотничьи принадлежности, потом подошел к кровати жены, он постоял рядом с ней, она была в забытьи, но он все равно сказал ей, что Лесной господин бросил ему вызов, за то, что он нарушил оба условия своей сделки, и он должен уйти в лес. С этими словами он покинул свой дом. Больше его никто из людей не видел.

    Много поговаривали про то, что с ним стало, много было разных домыслов и предположений, но все сходились в одном: Орто уже не было в живых».

    Старик замолчал, некоторое время молчал и Вася, находясь под впечатлением от услышанного. Затем он спросил старика:

    — А что такое увидел на двери Орто, и что стало потом с его женой?

    Хабырыыс снова вздохнул и сказал:

    — Жена его, Туйаара, сошла с ума и через два года утонула, а на двери Орто увидел свежесодранную кожу своего сына, Мэчила.

    Василий почувствовал, как кожа покрывается мурашками, затем, нервно оглянувшись по сторонам, он засмеялся:

    — Неправда, такого не может быть, все это байки, пережитки старорежимного строя.

    — Как знаешь, — пожал плечами старый охотник, — как знаешь…

    И начал готовиться ко сну.

    Когда утром Хабырыыс проснулся, Василия не было, в это утро он встал раньше деда. Когда Василий вернулся, старик уже приготовил завтрак, они поели, убрали за собой мусор, загасили кострище и направились в сторону поселка.