Контакты
Адрес:

603011, г. Н. Новгород , Июльских дней ул., 20

Телефон: (831) 245-10-03 (831) 253-65-19

Время работы: пн-вс 10:00-19:00
Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  
Свежие комментарии

    Оскверненная церковь. Часть первая

    Моя вторая работа по написанию хоррора. Этот рассказ я решил разделить на несколько частей, чтобы не ограничиваться по времени и объему. Надеюсь, вам понравится.Электричка готовилась к отправке. Толпы людей, мешая друг другу, хаотичным потоком устремились к дверям только что прибывших вагонов. И куда так торопиться, думал я, докуривая сигарету в стороне. Дождавшись, когда основной поток людей взгромоздится внутрь, я размеренно пошагал к дверям. Мне некуда было спешить. Меня ждало незабываемое путешествие в место моего детства. Я не был в своей деревне уже около пятнадцати лет. Вдохновляемый воспоминаниями, я приземлился на крайнее место деревянной сидушки, немного потеснив своего соседа по ней, чудаковатого усатого старика в очках и старомодной шляпе.

    Положив свой чемодан по левую сторону от себя, я погрузился в детские воспоминания. Деревня была старым местом, в котором родился и вырос мой дед. Он много рассказывал мне о ней. В свое время Никитино было крупным селом и местным центром. В ней находилось управление, контролирующее работу близлежащих ферм. Люди с окрестных деревень приходили в Никитино не только, чтобы посетить единственный в округе магазин, но также и огромную старинную церковь, возвышавшуюся в центре села. Как маяк, церковь была видна издали, за многие километры полей и лесов.

    Дед рассказывал, что в его детстве Никитино было действительно крупным поселением с массой народа, богатой культурой и внушительным сельским хозяйством. К несчастью, я не застал былого благополучия Никитино. Большая часть народа после войны перебралась в город, управление было расформировано, а фермы сгорели то ли в результате поджога, то ли еще по какой-то причине. Но самая худшая участь постигла церковь. Еще в ранние годы репрессий на ее территории были проведены показательные расстрелы. В список расстрелянных также попал и местный батюшка, не желавший отступаться от веры. Тела убитых закопали прямо под сводами церкви, и в завершение всего снесли крест, украшавший ее купол.

    Дед рассказывал, что после этого в место, где крест прежде находился, стала с регулярной частотой бить молния. Вообще, церковь была весьма угнетающим зрелищем. Первый этаж полностью обвалился. Ставни второго этажа были плотно заколочены, лишь ветер завывал внутри, проходя сквозь узкие щели между досками. Крыша и купол со временем покрылись растительностью, кустами и березами. Ураганы, нередко случавшиеся в этой местности, усеяли верх церкви почвой так, что растения объяли его плотным слоем.

    Вообще, о церкви ходила дурная слава. Я в последний раз был в Никитино еще в раннем возрасте и наслушался о ней страшилок от сверстников. Часто, проезжая по единственной в деревне дороге на велике, я слышал со стороны церкви вой ветра. Мой двоюродный брат, богатый на фантазию малый, утверждал, что это стенает нечисть, запертая в стенах второго этажа. Сейчас это, конечно, смешно вспоминать, но в детстве это звучало куда реалистичней…

    — Молодой человек, ваш билет!

    Я очнулся ото сна. Ко мне подошла полненькая кондукторша.

    — Одну секунду, — проговорил я, роясь в кармане плаща и озираясь по сторонам.

    Уже стемнело, и пустой вагон был залит тусклым светом ламп. Долго же я проспал! Лишь мой престарелый сосед по сидушке, отвернувшись, наблюдал за меняющимися лесными пейзажами.

    — Вы в Никитино? — сказала кондукторша, изучая врученный ей билет. — Давно уже никто туда не ездил…

    — Жаль, видимо, совсем все оттуда уехали, — ответил я уходящей женщине.

    Тут мое внимание привлек старик, как-то напрягшийся от услышанного. Теперь он смотрел прямо на меня не то с подозрением, не то с удивлением. Я, подняв чемодан, переместился на место у окна, напротив деда, и уставился в окошко. Он продолжал пристально наблюдать за мной, что, естественно, меня нервировало. Тогда я вопросительно посмотрел в ответ.

    — А что же ты, внучок, из Никитино, стало быть? — хриплым старческим голосом начал он.

    — Можно и так сказать, там дом моего покойного деда, — с недоверием ответил я.

    Старик пальцем приподнял очки к носу и отвернулся к окну.

    — Плохое это место… Проклятое…

    Эта фраза ввела меня в еще большее напряжение. Деревушка моей памяти была хоть и увядающей, но уж точно не проклятой.

    — О чем вы! — сказал я, немного повысив тон.

    — Сколько тебе лет, внучок? — спросил старик, продолжая всматриваться во тьму за окном.

    — Двадцать три.

    — А давно ли ты не был в Никитино?

    — С девяти лет, — ответил я, понимая к чему ведет старик.

    — Там многое изменилось, — начал он, — люди там пропадать стали… Сперва те, кто остался. Потом те, кто проезжал!

    — И много пропало? — мне это уже совсем не нравилось.

    — Много, внучок, много, — продолжал старик. — Просто исчезали и все, и следов не оставляли… Искали их целыми днями, да только все понапрасну.

    — Так что, там никого не осталось?

    — Остались, изменились, правда… Нелюдимые стали, выходят редко, от других отгородились и чужаков не любят. Был я там пару лет назад проездом, так ходили, озирались, как будто вор какой…

    Теперь все это казалось мне совсем зловещим. Мне было жутко продолжать свой путь, но, может быть, у старика маразм? В любом случае, мне нужно забрать дедушкины вещи, не оставлять же их гнить в Никитино…

    Электричка начала торможение. Старик стал спешно собираться. Приподнявшись, он прошел к двери, оставив меня наедине со своими раздумьями. За окном стояла ночь, но станция была достаточно хорошо освещена. Наконец, мы полностью остановились, и дед молча юркнул на платформу и спешно удалился прочь. Ну и жути он мне наплел… Тем не менее, мне было не по себе. В самом воздухе чувствовалось что-то зловещее.

    Итак, мы отправляемся, и следующая станция — моя. Что ждет меня в старой деревне, если этот маразматик сказал правду? Может, в деревне орудует маньяк? Да нет! Там одни старики, и те, кроме как самогон пить, ничего не умеют! А вот и она! Вдали за лесом в свете луны показалась разрушенная церковь. Ее вид внушал чувство тревоги. Все ближе поезд подвозил меня к ней…

    Я встал. Поправив плащ и приподняв свой чемодан, я направился к выходу. Ни души не было во всем поезде, что еще больше угнетало меня. Пейзажи леса за окном сменились на неприятного вида зрелище. Грязь, вперемешку с сорной травой, покрывала некогда бескрайние поля. Деревья, казалось, увядали, некоторые были сгоревшими, но ни одного молодого дерева не было во всей округе. Все так изменилось с последнего раза, когда я был здесь. Спустя десять минут поезд остановился у станции.

    Я выпрыгнул из электрички на каменный пласт платформы. Собственно, кроме самой платформы, в округе не было ничего. Сплошной пустырь тянулся в темную даль… Вагон слабо освещал площадку, на которой я стоял. Единственное, что разбавляло эту пустоту, развалины какого-то сарая прямо напротив платформы.

    Электричка медленно тронулась, оставляя меня наедине с тьмой. Холодный ветер пустыря пронизывал. Поплотнее закутавшись в плащ, я достал пачку сигарет. Огонь зажигалки лишь на секунду обогрел мне руки, но само действие успокоило меня. Выпустив дым из легких, я побрел по пыльной дороге в сторону маячащей вдали церкви. От станции до Никитино было около трех километров, путь предстоял неблизкий, и я ускорил шаг. Под ногами то хрустели ветки, то хлюпала грязь, и вообще тропинка выглядела так, как будто много лет по ней не ходил ни один человек.

    Во время моего пути мне не попалось ни одного жилища или постройки. Трава в некоторых местах тропы достигала уровня моего пояса. Вскоре я поймал себя на мысли, что жутко вымотался, преодолевая этот бурелом. Теперь все, что я хотел, это побыстрее добраться до дедушкиного дома и улечься спать.

    До деревни оставалось уже немного. Я вышел на основную трассу, проходившую через Никитино. Об асфальте можно было и не мечтать, это была старая, посыпанная щебенкой дорога, с кучей выбоин. Пройдя еще немного по трассе, я, наконец, наткнулся на указатель, стоявший у входа в деревню. Сколько воспоминаний! Помню, когда учился кататься на своем первом велосипеде, прямой наводкой угодил в него! Я решил секунду передохнуть, а заодно и понастольгировать. Достав сотовый, я врубил встроенный фонарик, чтобы лучше рассмотреть знакомое название. И тут меня передернуло. Указатель был пуст. Сама табличка, где должно было быть название, стояла на месте, но вот букв не было. Это выглядело странно и жутковато. Я вновь вспомнил слова старика про проклятое место… Все, хватит на сегодня, надо добраться до дома и лечь спать, а то я замерзну! Церковь, которая была совсем рядом, молча взирала на меня в свете луны… Я направился в деревню.

    Если бы я знал, как об этом пожалею…