Контакты
Адрес:

603011, г. Н. Новгород , Июльских дней ул., 20

Телефон: (831) 245-10-03 (831) 253-65-19

Время работы: пн-вс 10:00-19:00
Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  
Свежие комментарии

    Ничего

    История моей подруги.«В середине 90-х решила я создать свой строительный бизнес, благо, образование позволяло. Открыла я свою фирму по установки окон, стеллажей, витражей из алюминиевого профиля. И дело пошло. Образовалась у меня бригада крепкая из молодых парней — монтажников, все ответственные и непьющие. Сама я и план работ составляла, и на объекты ездила, и с заказчиками встречалась, короче, пахала по 12 часов в сутки. Заказы, а с ними и деньги посыпались как из рога изобилия. Было мне тогда 35 лет. Детей, правда, не было, не получалось, да и муж… Муж мой был из разряда людей – «где бы ни работать, лишь бы не работать». Трудился он на фирме кладовщиком. Обязанности его сводились к тому, чтобы с утра выдать материал на заказ, а к вечеру собрать материал на завтра. Но он и здесь не справлялся – то потеряет что-нибудь у себя на складе, то поломает. Прошло пять лет. Фирма процветала вовсю. Я прекрасно понимала, что муж мой не работает.

    Ленивый, безответственный. Деньги как пошли большие, он и рад их тратить, любил пообедать в ресторанах да одеться подороже, а работать не хотел совсем. То нога у него болит, то рука, то спину ломит. А прибыль от фирмы делили поровну, хоть он и 10% от этих денег не отрабатывал. Я просто стала его ненавидеть. Мало того, что он вечно от работы отлынивает, так еще и, придя домой часов в 9 вечера, я вставала к плите, хотя он приходил иногда и в 3 дня с работы. И как-то мне все это надоело, я и предложила развестись, отдать ему половину стоимости фирмы, машину и комнату в общежитии купить. Отказался. Через какое-то время опять предложила, опять отказался. Ну а когда предложила в третий раз, он встал, подошел ко мне и как даст под дых. Я согнулась, дышать не могу, а он мне кулаком в бок ударил. Упала, лежу, ртом воздух хватаю. Он наклонился и шепчет зло:

    — Что, захотела откупиться от меня? Мне тысячи подсунуть, а сама миллионы загребать? Еще раз про развод заговоришь, я тебе все мозги вышибу или прирежу.

    Ой, как я тогда испугалась! Меня ведь за всю жизнь и пальцем никто не тронул. Расплакалась. Схватила ключи от машины и за порог. Села в машину, слезы текут, куда ехать, кому жаловаться? Родители мои умерли, еще когда 20 лет мне было, ни бабушек, ни дедушек не осталось. И вспомнила я про бабу Настю. Это моя двоюродная бабушка, которая жила в деревеньке за 40 км от города. И была она ведьмой. Настоящей ведьмой, которую все в этой деревне боялись. Мне об этом рассказывала еще мама. С родителями мы навещали ее раз в год, продукты привозили, лекарства. После смерти родителей съездила я к ней как-то, но бабушка в дом меня не пустила, взяла сумки с гостинцами и сказала: «Езжай домой. И не приезжай, пока сама НЕ поймешь, когда надо приехать». Вот и настал этот момент, подумалось мне. Если честно, я тогда сомневалась, что жива еще баба Настя, ведь по моим подсчетам ей должно было быть лет 100 уже. Но единственная родная душа на всей земле.

    Подъезжаю к ее дому, время уже часов 10 вечера, зима, мороз, и вижу: стоит у калитки баба Настя. Стоит, на клюку опирается, одета в какие-то лохмотья. Только я из машины вышла да поздороваться хотела, она мне грозно так:

    — Слезы вытирай и дай мне вещь мужа, которая в машине у тебя есть.

    Я на автомате полезла обратно в машину, порылась в бардачке и действительно нашла там серебряный портсигар мужа. Отдала его бабе Насте, она и говорит:

    — Уезжай. Помогу тебе. Потом приедешь.

    А через три дня муж пропал. Прихожу с работы, а его нет. До утра прождала, так и не пришел. Конечно, я написала заявление в милицию, искали его, и объявления по телевизору, и в газеты подавали. Нету, и все. Главное, ни одного свидетеля не нашли, который бы видел, как он с работы уходил или из дома. Если честно, мне не верилось, что это баба Настя меня избавила от ненавистного муженька. Думала, что люди каждый день пропадают, мало ли. Совпало, наверное, что ли, так.

    Три года с тех пор прошло. Фирма процветает, денег «куры не клюют». А женского счастья нет. Как-то, отъезжая от супермаркета, я почувствовала какой-то толчок сзади, вышла из машины и увидела на дороге сидячего парня. Он морщился и держался за ногу. Короче говоря, задела я его. Стала извиняться, предложила довести до травмпункта. В машине разговорились, оказалось, зовут его Сергей, 28 лет, сам он с деревни. Учится заочно и перебивается мелкими заработками. Понравился он мне. Предложила я ему работу у себя на фирме. И все. И началась любовь. Я так мужа своего не любила в начале наших отношений. А Сергей был такой милый, наивный какой-то, трогательный. А как он за мной ухаживал! То букет ромашек на столе моем оставит с запиской «Вы самая лучшая», то шоколадку в карман пальто подсунет и шепчет на ухо: «Чай в обед попьете». Стали мы встречаться, ну а потом и жить вместе. Любила я его так, что все равно мне было, что кто скажет. И казалось мне, что и он меня любит. Одела, обула, машину купила. Дура такая!

    Где-то через год поехала я в командировку, ну и решила любимому сюрприз сделать – вернуться пораньше на день. Вернулась. Захожу в квартиру, а из гостиной звуки странные, дверь в комнату приоткрыла и вижу его на постели с девчонкой какой-то. И столько страсти было в его лице, столько желания, что все во мне в этот момент оборвалось. Стояла и смотрела. И столько ненависти было в душе, разочарования и… какой-то чудовищной по силе злобы. Я тихонько прикрыла дверь, взяла его кепку, с которой он не расставался и поехала к бабе Насти. Все было, как и в прошлый раз, только уже не плакала я, а ликовала. Хотелось мне, чтобы и он сгинул навсегда. Через 3 дня Сергей пропал. Опять милиция, опять розыск. Как и в случае с мужем – ни свидетелей, ни очевидцев. В милиции стали намекать на странность с пропажами мужа и сожителя. Я плечами пожимала. А через две недели Сергей нашелся. Он вышел к грибникам в лесу за 20 км от города. Тощий, в одних трусах, весь в клещах и укусах от насекомых. Взгляд его блуждал, он не понимал, где находится. И только повторял, указывая рукой на лес: «Черти, черти». Врачи его проверили, в крови ни алкоголя, ни наркотиков, ни каких-то психотропных веществ. Что говорить, он даже сигареты ни курил. Поместили его в психбольницу, оплачивала я ему ВИП палату. Человек просто сошел с ума, он не мог отвечать на вопросы, да просто не мог говорить. Он забыл как ходить в туалет, одеваться, умываться. Это был просто ходячий овощ, который даже ложкой не пользовался, ел руками, размазывая еду по лицу. Жуткое зрелище. Конечно, милиция от меня отстала. И тогда я поехала к бабе Насти. Опять она встретила меня возле калитки, не приглашая в дом. Спросила я про своего первого мужа, где он и что он. Засмеялась хрипло бабушка:

    — Черти его рыбу ловить увели.

    — Какие черти? Какую рыбу?

    — Утоп он, что непонятного?

    — Так зима была, декабрь месяц.

    — А что, в зиму люди не тонут? Черти за ним пришли, к реке увели и утопили. Лежит сейчас на дне, рыбам на закуску. Почти ничего от него не осталась. Не бойся, не всплывет. За корягу зацепился, так и пролежит.

    Мне от этих слов так страшно стало! А потом думаю, может, бабка-то сумасшедшая.

    — А почему никто не видел, как он к реке шел?

    — Как же! Видели! Много человек его видели. Даже как утоп видели. Только черти головы людям затуманили, они и забыли, что видели.

    — А второй мой?

    — В лес уволокли, лешему на потеху. Только крещеный он, вот и выжил. Разум его, правда, и душу забрали, а тело живо осталось.

    В тот момент стало меня трясти. Ведь баба Настя знала все. Откуда?

    — Ты поезжай домой, девка, да знай: помирать начну, тебе телеграмму соседка моя отправит, чтобы приехала, поняла?

    Я закивала головой и постаралась побыстрей уехать. Прошло три месяца, и действительно пришла телеграмма, что баба Настя при смерти, меня зовет. Не поехала я. Испугалась. С того момента, как она мне рассказала про мужа и Сергея, спать я больше не могла. То муж приснится в воде, то здоровый и улыбающийся Сергей. Ни снотворные не помогали, ни алкоголь, который стала употреблять почти каждый день. Через неделю новая телеграмма: «Умерла баба Настя». Скрипя сердце поехала я в ту деревню, соседке много денег на похороны дала и, сославшись на дела, уехала.

    Только вот после того все рухнуло. Образовались долги, заказов стало в разы меньше, парни мои, работяги, которые работали у меня уже почти десять лет, поуходили все. Один ногу поломал, у другого астма обнаружилась, у третьего еще что-нибудь. Людям платить зарплату стало нечем. Стала работать на долги просто. Бегала по городу с «высунутым языком» – искала заказчиков. Люди вроде согласятся, а в последний момент – отказ. Ничего понять не могла. По вечерам рыдала в подушку и водку пила. А потом совсем разорилась. Бизнес пришлось продать за копейки. Все, все на долги продала! Теперь вот живу в комнате общежития, пью каждый день и жду смерти. А ведь мне только 49. И зачем я тогда к бабке поехала? Ну и что, что муж такой был? Лентяй, но не заслужил он такой ужасной смерти. А Сергей! Ему сейчас 34 года, он до сих пор жив, правда, состояние у него не улучшилось, лежит в палате «милосердия», где вонь, грязь и где он никому не нужен. А ведь у него сейчас могли бы быть детки. Что я сделала? Что натворила?» — женщина допила стакан с портвейном, пошатнулась и пошла в свою комнату.

    P.S. Простите, что вышла слишком длинная история. Я не писатель, как смогла… Можете не верить, а я поверила. Моя подруга год назад снимала со своим парнем комнату в общаге. Ругались почти каждый день. В один из таких дней, когда ее горе-жених поругался с ней и ушел пить к друзьям, подруга в час ночи сидела на общей кухни, размазывала слезы по щекам и курила. В кухню зашла соседка, имени которой никто не знал, жила она уже год в этом общежитии, работала дворником и пила каждый вечер, когда все улягутся спать. Вот и тогда она зашла на кухню с бутылкой портвейна и, увидев мою подружку, под выпивку рассказала свою историю. Зачем? Ведь женщину никто не просил об этом. Подруга была в шоке от рассказа, переспрашивала непонятные моменты, вслушивалась в каждое слово. Спать они пошли часа в 4 утра. И еще, тем, кто дочитал до конца, эта женщина умерла спустя 3 месяца. Так же тихо, как и жила в своей комнатке. Остановка сердца. Хоронили ее за счет государства. На могилке бетонный столбик с номером могилы. Ни имени, ни фамилии. Ничего.